Судан. Источник: Pixabay
Последние шаги Турции в Судане выходят далеко за рамки традиционного военного сотрудничества. На фоне затянувшегося конфликта появляются все более явные признаки того, что Анкара стремится к созданию постоянного военно-морского присутствия на побережье Красного моря. Этот стратегический шаг может иметь неожиданные последствия: он способен предоставить Москве косвенный логистический доступ к региону, особенно после того, как проект строительства российской военно-морской базы в Порт-Судане зашел в тупик.
11 ноября итальянское агентство Nova сообщило о возможности создания турецкой военно-морской базы на суданском побережье. Примечательно, что, по данным суданских источников, этот объект может быть открыт и для российских сил, выступающих союзниками суданской армии. Сообщается, что глава Судана Абдель Фаттах аль-Бурхан уже обсуждал эту перспективу с президентом РФ Владимиром Путиным на саммите «Россия — Африка» 28 октября. Такое развитие событий выводит турецко-суданские отношения на новый уровень, позволяя Анкаре расширить влияние в Красном море, а Москве — получить логистический шлюз, обслуживающий её морские интересы в этом стратегическом регионе.
Оборонное сближение Турции и Саудовской Аравии, закрепленное в августе, может снять прежние региональные возражения против турецкого военного присутствия в Судане. Эти дипломатические сдвиги совпали с ноябрьским визитом делегации ВМС Турции в Порт-Судан, где обсуждалось укрепление потенциала суданского флота, осмотр ремонтных мастерских и верфей. Подобная активность напоминает соглашение 2017 года по острову Суакин, которое было приостановлено после падения режима Омара аль-Башира. Однако теперь речь идет не только о турецком объекте, но и о косвенном сотрудничестве Анкары и Москвы.
Для России этот вариант становится особенно актуальным. Проект российской военно-морской базы сталкивается с серьезными политическими и военными препятствиями. Как отмечает издание Sudan Tribune, в ходе недавних закрытых переговоров суданские власти предложили Москве альтернативу: создание «свободной экономической зоны» в Порт-Судане. Эта зона обеспечит логистический плацдарм с возможностями хранения топлива и припасов, что смягчит международную критику, неизбежную при строительстве прямой военной базы. Взамен высокопоставленная суданская делегация запросила у РФ передовые системы ПВО, беспилотники и боеприпасы, предлагая расплатиться концессиями на добычу золота и меди.
Как подчеркнул бывший российский дипломат Сергей Коняшин в анализе для Фонда Карнеги, проект полноценной базы в Порт-Судане снят с повестки дня, пока Судан охвачен гражданской войной. Именно поэтому совместное использование потенциального турецкого объекта представляет для Москвы идеальную возможность пользоваться военной инфраструктурой на Красном море без колоссальных затрат и политических рисков. В то же время, по данным Defense News, активно используются и другие маршруты: зафиксирован интенсивный грузовой авиатрафик между Россией и Алжиром, а также использование алжирского аэропорта Буфарик для транзита военной техники в Африку.
Параллельно Турция оказывает Хартуму мощную военную поддержку. Расследование The Washington Post выявило сделку на сумму сто двадцать миллионов долларов между турецкой компанией Baykar и суданской армией. Контракт включал поставку восьми ударных беспилотников Bayraktar TB2, сотен боеголовок и командирование сорока восьми специалистов для технической поддержки на местах. Эффективность турецкой техники подтверждается отчетом независимой миссии ООН за сентябрь две тысячи двадцать шестого года: обломки, найденные в зонах боевых действий, идентифицированы как компоненты более тяжелых беспилотников Bayraktar Akinci. Турция предоставляет не только оружие, но и технологии, кардинально меняющие возможности суданской армии по нанесению высокоточных ударов. Американский сенатор Крис Ван Холлен резко осудил эти поставки, заявив, что ни одна страна не должна наживаться на гражданской войне в Судане.
Красное море остается важнейшим коридором для мировой торговли, и именно здесь сходятся интересы двух держав. Для России логистический объект в Судане жизненно важен для дозаправки судов и проецирования силы в Индийском океане. Турция, уже имея крупную военную базу в Сомали, стремится объединить свои опорные пункты в единую сеть безопасности на Африканском Роге.
Суданские власти, в свою очередь, превратили порты и природные ресурсы в разменную монету для выживания. Предлагая Москве экономическую зону, а Анкаре — портовую инфраструктуру, Хартум получает взамен жизненно важное оружие и дипломатическую поддержку. Внутренние документы Baykar подтверждают, что турецкие инвестиции могут затронуть порты и горнодобывающую промышленность Судана.
Если проект совместного использования турецкой базы будет реализован, это добавит принципиально новое измерение в геополитическую конкуренцию в регионе. Москва получит оперативную альтернативу своей зависшей базе, не заявляя о прямом военном присутствии, а Судан обеспечит себя техникой. Однако окончательная реализация этих амбициозных планов целиком зависит от того, чем завершится гражданская война в Судане.